iером. Серафимъ РПЦЗ(В)

Го́споди Iису́се Хрiсте́, Сы́не и Сло́ве Бо́жiй, Богоро́дицы ра́ди, поми́луй мя.

Previous Entry Share Next Entry
«Сонъ отца Іоанна Кронштадтскаго» и «Свѣтлой памяти Царственныхъ Страстотерпцевъ».
oseraphim
        По настоятельному желанію группы друзей нашихъ, помѣщаемъ ниже доставленную намъ рукопись: «Сонъ о. Іоанна Кронштадтскаго».
       Мы не знаемъ ея происхожденія. Мы не можемъ ничего сказать о подлинности ея, какъ дѣйствительно вышедшей изъ-подъ пера Великаго молитвенника нашего. Мы знаемъ одно, и это позволяетъ намъ огласить этотъ документъ: еще въ первые го́ды владычества надъ Росіей большевиковъ онъ ходилъ по рукамъ, широкое имѣя распространеніе. Въ этомъ смыслѣ «подлинность» его удостовѣрена: это точный списокъ съ одного изъ того, вѣроятно, множества списковъ, которые тридцать лѣтъ тому назадъ, какъ, вѣроятно, и послѣдующіе го́ды, несли отъ сердца къ сердцу въ окружающемъ мракѣ, сгущающемся порою до кромѣ́шной тьмы, яркій огонекъ Святой Вѣры, Свѣтомъ своимъ озарявшій эту тьму и такъ возгрѣва́вшій вѣрующее сердце, что къ Хрiсту-Богу умиле́нно устремлялось оно съ слезнымъ призывомъ: Ей, гряди́ Го́споди! «Православная Русь» № 20 (517) отъ 15/28 Октября 1952 г.

Сонъ отца Іоанна Кронштадтскаго.
       
       Господи благослови! Я, многогрѣшный рабъ Іоаннъ, іерей Кронштадтскій, пишу сіе́ видѣ́ніе. Мною пи́сано и моею рукою то, что я видѣлъ, то и передалъ письменно.
       Въ ночь на 1-ое Января 1908 года, послѣ вечерней молитвы я сѣлъ немного отдохнуть у стола. Въ ке́ліи моей былъ полумракъ, передъ Иконой Божіей Матери горѣла лампада. Не прошло и полъ часа, я услышалъ легкій шумъ, кто-то легко́ коснулся моего праваго плеча и тихій легкій ласковый голосъ сказалъ мнѣ – встань! рабъ Божій Иванъ, пойдемъ со мною. Я быстро всталъ.
       Вижу, передо мною стоитъ: дивный чудный Старецъ, блѣдный, съ сѣди́нами, въ мантіи, въ лѣвой рукѣ четки. Посмотрѣлъ на меня сурово, но глаза были ласковые и добрые. Я тутъ же отъ страха чуть было не упалъ, но чудный Старецъ поддержалъ меня – руки и ноги у меня дрожали, я хотѣлъ что-то сказать, но языкъ мой не повернулся. Старецъ меня перекрестилъ, и мнѣ сдѣлалось легко и радостно – я тоже перекрестился. Затѣмъ онъ посохомъ указалъ на Западную сто́рону стѣны – тамъ тѣмъ же посохомъ начертилъ: 1913, 1914, 1917, 1922, 1930, 1933, 1934 года́. Вдругъ стѣны́ не стало. Я иду со Старцемъ по зеленому полю и вижу – масса Крестовъ стоитъ: тысячи, милліоны, разные: малые и великіе, деревянные, каменные, желѣзные, мѣдные, серебряные и золотые. Я проходилъ мимо крестовъ, перекрестился и осмѣлился спросить Старца, что это за Кресты? Онъ ласково отвѣтилъ мнѣ: это – тѣ, которые за Хрiста и за слово Божіе пострадали.
       Идемъ дальше и вижу: цѣлыя рѣ́ки кро́ви текутъ въ морѣ, и море красное отъ кро́ви. Я отъ страха ужаснулся и опять спросилъ Старца: – «А что это кро́ви такъ много про́лито?» Онъ опять взглянулъ и сказалъ мнѣ: – «Это Хрiстіанская кровь».
       Затѣмъ Старецъ указалъ рукой на облака́, и вижу массу горящихъ, ярко горящихъ свѣтильниковъ. Вотъ они стали падать на землю: одинъ, два, три, пять, десять, двадцать. Затѣмъ стали падать цѣлыми сотнями, все больше и больше, и всѣ горѣли. Я очень скорбѣлъ, почему они не горѣли ясно, а только падали и тухли, превращаясь въ прахъ и пепелъ. Старецъ сказалъ: смотри, и я увидѣлъ на облака́хъ только семь свѣтильниковъ и спросилъ Старца, что это значитъ? Онъ, склонивши голову, сказалъ: – «Свѣтильники, которые ты видишь, падающихъ, что значитъ Церкви упадутъ въ ересь, а семь свѣтильниковъ горящихъ осталось – семь Церкве́й Апостольскихъ Соборныхъ останутся при кончинѣ міра».
       Затѣмъ Старецъ указалъ мнѣ, смотри, и вотъ я вижу и слышу чудное видѣ́ніе: Ангелы пѣли: Свя́тъ, Свя́тъ, Свя́тъ, Госпо́дь Савао́ѳъ, и шла больша́я масса народу со свѣчами въ рукахъ, съ радостными сіяющими лицами; здѣсь были Цари, Князья, Патріархи, Митрополиты, Епископы, архимандриты, игумены, схимники, іереи, діаконы, послушники, стра́нники Хрiста ради, міря́не, юноши, о́троки, младенцы; Херувимы и Серафимы сопровождали ихъ въ Райскую Небесную Обитель. Я спросилъ Старца: – «что это за люди?» Старецъ, какъ будто зная мою мысль, сказалъ: – «Это всѣ рабы Хрiстовы, пострадавшіе за Святую Хрiстову Соборную и Апостольскую Церковь». Я опять осмѣлился спросить, могу-ли я присоединиться къ нимъ. Старецъ сказалъ: «нѣтъ, еще рано тебѣ, потерпи (обожди)». Я опять спросилъ: «скажи, Отче, а младенцы какъ?» Старецъ сказалъ: «это младенцы тоже пострадали за Хрiста отъ царя Ирода (14 тысячъ), а также и тѣ младенцы получили Вѣнцы отъ Царя Небеснаго, которые истреблены во чревѣ матери своей, и безымянные». Я перекрестился – Какой грѣхъ великій и страшный матери будетъ – не простительный.
       Идемъ дальше – заходимъ въ большой храмъ. Я хотѣлъ перекреститься, но Старецъ мнѣ сказалъ: здѣсь мерзость и запустѣніе. Вотъ вижу очень мрачный и темный храмъ, мрачный и темный престолъ. Посреди церкви иконостаса нѣтъ. Вмѣсто иконъ какіе-то странные портреты со звѣриными лицами и острыми колпаками, а на престолѣ не крестъ, а большая звѣзда и Еνангеліе со звѣздой, и свѣчи горятъ смоляны́я, – трещатъ, какъ дрова, и чаша стоитъ, а изъ чаши сильное зловоніе идетъ, и оттуда всякіе гады, жабы, скорпіоны, пауки ползаютъ, страшно смотрѣть на все это. Про́сфоры тоже со звѣздою; передъ престоломъ стоитъ священникъ въ ярко-красной ризѣ и по ризѣ ползаютъ зеленыя жабы и пауки; лицо у него страшное и черное, какъ уголь, глаза красные, а изо рта дымъ идетъ и пальцы черные, какъ будто въ золѣ.
       Ухъ, Господи, какъ страшно! – затѣмъ на престолъ прыгнула какая-то мерзкая, гадкая, безобразная черная женщина, вся въ красномъ со звѣздою на лбу и завертѣлась на престолѣ, затѣмъ крикнула какъ ночная сова на весь храмъ страшнымъ голосомъ «свобода» и стала. А люди, какъ безумные, стали бѣгать вокругъ престола, чему-то радуясь, и кричали и свистѣли и хлопали въ ладоши. Затѣмъ стали пѣть какую-то пѣснь, – сперва тихо, затѣмъ громче, какъ псы, потомъ превратилось все это въ звѣриное рычаніе, дальше въ ревъ. Вдругъ сверкнула яркая молнія и ударилъ сильный громъ, задрожала земля и храмъ рухнулъ и провалился сквозь землю. Престолъ, священникъ, красная женщина, все смѣшалось и загремѣло въ бездну. Господи спаси! Ухъ, какъ страшно. Я перекрестился. Холодный потъ выступилъ на лбу у меня. Оглянулся я. Старецъ улыбнулся мнѣ, – «Видѣлъ?», – сказалъ онъ. – «Видѣлъ, Отче. Скажи мнѣ, что это было? Страшно и ужасно». Старецъ отвѣтилъ мнѣ: «храмъ, священники и люди, – это еретики́, отступники, безбожники, которые отстали отъ Вѣры Хрiстовой и отъ Св. Соборной и Апостольской Церкви и признали еретическую жи́во-обновле́нческую церковь, которая не имѣетъ Благодати Божіей. Въ ней нельзя ни говѣ́ть, ни исповѣдываться, ни пріобщаться, ни принимать мνропома́заніе» [ядъ обновленческаго лжеученія сохранился въ Московской патріархіи и послѣ заката «Живой Церкви». Вспомнимъ противные Православію теологи́ческіе построенія митрополита Никодима Ро́това (создавшаго цѣлую школу послѣдователей [одинъ изъ нихъ, нынѣшнiй «патрiархъ» Кириллъ Гундяевъ, – прим.] и явившагося своего рода предтечей пресловутаго «богословія освобожденія» въ католическихъ странахъ Латинской Америки). Въ связи съ этимъ приходятъ на умъ слова восхищенія и благодарности патріарха Пимена и другихъ іерарховъ Горбачеву за возстановленіе «ленинскихъ принциповъ» въ отношеніи Церкви; или высказываніе одного изъ епископовъ на сессіи ЦК Всемірнаго Совѣта Церквей въ Москвѣ въ 1989 году: «мы въ Совѣтскомъ Союзѣ хотимъ построить справедливое жизнеспособное общество въ контекстѣ соціалистическихъ (!!!) цѣнностей». 17-го Іюля 1990 г. [день убіенія Царской Семьи], въ интервью газетѣ «Правда» патріархъ Алексій II, размышляя о близости коммунизма и Хрiстіанства, выражалъ безпокойство по поводу распада КПСС и заявилъ, что молится, да́бы предотвратить «направленный взрывъ» въ адресъ партіи. Стоитъ перелистать подшивки «Журнала Московской Патріархіи», чтобы лишній разъ убѣдиться въ томъ, что лжеидеи обновленчества прочно вошли въ ихъ сознаніе. Прот. Викторъ Пота́повъ. «Молчанiемъ предается Богъ», 1992 годъ, – прим.]. – «Господи, спаси меня грѣшнаго, пошли мнѣ покаяніе – смерть Хрiстіанскую», – прошепталъ я, но Старецъ успокоилъ меня: «не скорби, – сказалъ, молись Богу».
       Мы пошли дальше. Смотрю – идетъ масса людей, страшно измученныхъ, на лбу у каждаго звѣзда. Они, увидѣвъ насъ, зарычали: Молитесь за насъ, Святые Отцы, Богу, очень намъ тяжело, а сами мы не можемъ. Отцы и матери насъ не учили Закону Божьему и даже имени Хрiстіанскаго у насъ нѣтъ. Мы не получили печати да́ра Духа Святаго (а краснаго знамени).
       Я заплакалъ и пошелъ вслѣдъ за Старцемъ. «Вотъ, смотри – указалъ Старецъ рукою – видишь?». Вижу горы. – Нѣтъ, это гора труповъ человѣческихъ вся размокла въ крови́. Я перекрестился и спросилъ Старца, что это значитъ? Что это за трупы? – «Это иноки и инокини, странники, странницы, за Святую Соборную и Апостольскую Церковь убіенные, не пожелавшіе принять антихрiстовой печати, а пожелали принять Мученическій Вѣнецъ и умереть за Хрiста». Я молился: – «Спаси, Господи, и помилуй рабовъ Божіихъ и всѣхъ хрiстіанъ». Но вдругъ Старецъ обороти́лся къ Сѣверной сторонѣ и указалъ рукой: – «Смотри». Я взглянулъ и вижу: Царскій Дворецъ, а кругомъ бѣгаютъ разной породы животныя и разной величины звѣри, гады, драконы, шипятъ, ревутъ и лѣзутъ во Дворецъ, и уже полѣзли на Тронъ Помазанника Николая II, – лицо блѣдное, но мужественное, – читаетъ онъ Іисусову молитву. Вдругъ Тронъ пошатнулся, и пала Корона, покатилась. Звѣри ревѣли, бились, давили Помазанника. Разорвали, растоптали, какъ бѣ́сы въ аду, и все исчезло.
       Ахъ, Господи, какъ страшно, спаси и помилуй отъ всякаго зла, врага и супоста́та! Я горько заплакалъ; вдругъ Старецъ взялъ меня за плечо, – «не плачь, такъ Господу угодно», и сказалъ – «смотри»: вижу показалось бѣлое сіяніе. Сперва я не могъ различить, но потомъ стало ясно – предсталъ Помазанникъ невольный, на головѣ у него изъ зеленыхъ листьевъ Вѣнецъ. Лицо блѣдное, окровавленное, съ золотымъ Крестикомъ на шеѣ. Онъ тихо шепталъ молитву. Затѣмъ сказалъ мнѣ со слезами: – помолись обо мнѣ, отецъ Иванъ, и скажи всѣмъ Православнымъ хрiстіанамъ, что я умеръ, какъ Мученикъ: твердо и мужественно за Вѣру Православную и за Святую Соборную и Апостольскую Церковь, и пострадалъ за всѣхъ хрiстіанъ; и скажи всѣмъ Православнымъ Апостольскимъ пастырямъ, чтобы они служили общую братскую панихиду за всѣхъ убіе́нныхъ воиновъ на полѣ бра́ни: въ огнѣ сгорѣвшихъ, въ морѣ утонувшихъ и за меня, грѣшнаго, пострадавшихъ. Могилы моей не ищите, – ее трудно найти. Прошу еще: молись обо мнѣ, отецъ Иванъ, и прости меня, добрый пастырь. Затѣмъ все это скрылось туманомъ. Я перекрестился – упокой Господи душу усопшаго раба Божія Николая, вѣчная ему память. Господи, какъ страшно! Руки и ноги у меня дрожали, я плакалъ.
       Старецъ опять сказалъ мнѣ: – «Не плачь, такъ Богу угодно, молись Богу. Смотри еще». Вотъ вижу я массу людей, валяющихся, умирающихъ съ голода, которые ѣли траву, землю, ѣли другъ друга, а псы подбирали трупы, вездѣ страшное зловоніе, кощунство. Господи, спаси насъ и въ Святой Хрiстовой Вѣрѣ укрѣпи, мы не́мощны и сла́бы безъ Вѣры. Вотъ Старецъ опять мнѣ говоритъ: «смотри тамъ». И вотъ вижу я: цѣлая гора изъ разныхъ книгъ, ма́лыхъ и большихъ. Между этими книгами ползаютъ смрадные черви, копошатся и распространяютъ страшное зловоніе. Я спросилъ: – «Что это за книги, Отче?» Онъ отвѣтилъ: – «Безбожныя, еретическія, которыя заражаютъ всѣхъ людей всего свѣта мірски́мъ богоху́льнымъ ученіемъ». Старецъ прикоснулся концомъ посоха къ этимъ книгамъ, и все это обратилось въ огонь, и все сгорѣло дотла, и вѣтеръ развѣялъ пепелъ.
       Затѣмъ я вижу церковь, а кругомъ нея́ лежитъ масса помина́льцевъ и гра́мотокъ. Я нагнулся и хотѣлъ поднять одну, прочитать, но Старецъ сказалъ, что это тѣ помина́льницы и грамоты, которыя лежатъ при церкви много лѣтъ, а священники ихъ забыли и не читаютъ никогда, а усопшія души просятъ помолиться, а читать некому и поминать некому. Я спросилъ: – «А кто же будетъ?» – «Ангелы», – сказалъ Старецъ. Я перекрестился. – «Помяни́ Господи ду́ши усо́пшихъ рабо́въ Твоихъ во Ца́рствіи Твое́мъ!»
       Мы пошли дальше. Старецъ быстро шелъ, такъ что я едва успѣвалъ за нимъ. Вдругъ оборотился и сказалъ: – «Смотри». Вотъ идетъ толпа людей, гонимая страшными бѣ́сами, которые немилосердно били и кололи людей длинными пи́ками, вилами и крючками. – «Что это за люди?» – спросилъ я Старца. – «Это тѣ, – отвѣтилъ Старецъ, – которые отпали отъ Вѣры и Святой Апостольской Соборной Церкви и приняли еретическую жи́во-обновле́нческую» [«и «Живая Церковь», захватившая власть Патріарха, и григоріанство, захватившее власть Мѣстоблюстителя, и Вы, злоупотребившій его довѣріемъ, – вы всѣ дѣлаете одно общее, антицерковное обновленческое дѣло, причемъ Вы являетесь создателемъ самой опасной его формы, такъ какъ, отказываясь отъ Церковной свободы, въ то же время сохраняете фикцію каноничности и Православія. Это болѣе чѣмъ нарушеніе отдѣльныхъ каноновъ!» Изъ письма Протоіерея о. Валентина Свенци́цкаго первому главарю московской лже-патрiархiи, митрополиту Сергію (Страгородскому). 16/29 Iюля 1927 года]. Здѣсь были: епископы, священники, діаконы, міряне, монахи, монахини, которые приняли бракъ и стали жить развратно. Здѣсь были безбожники, чародѣи, блудники́, пьяницы, сребролюбцы, еретики́, отступники Церкви, сектанты и прочіе. Они имѣютъ страшный и ужасный видъ: ли́ца черныя, изо рта шла пѣна и зловоніе, и страшно кричали, но бѣ́сы били ихъ немилосердно и гнали ихъ въ глубокую пропасть. Оттуда шли смрадъ, дымъ, огонь и зловоніе. Я перекрестился: – избави Господи, и помилуй, страшно все это видѣнное.
       Затѣмъ я вижу: масса народа идетъ; старыхъ и ма́лыхъ, и всѣ въ красныхъ одеждахъ и несли громадную красную звѣзду, пятиголо́вую и на каждомъ углу по 12 бѣсовъ сидѣло, а въ серединѣ сидѣлъ самъ сатана со страшными рогами и крокодиловыми глазами, со львиной гривой и страшной пастью, съ большими зубами и изъ пасти извергалъ зловонную пѣну. Весь народъ кричалъ: «вставай, проклятьемъ заклейменный». Появилась масса бѣ́совъ, всѣ красные, и клеймили народъ, прикладывая каждому печать на лбу и на руку въ видѣ звѣзды. Старецъ сказалъ что это есть печать антихрiста. Я сильно испугался, перекрестился и прочиталъ молитву: «Да воскреснетъ Богъ». Послѣ этого все исчезло, какъ дымъ.
       Я торопился и едва успѣвалъ идти за Старцемъ, вотъ Старецъ остановился, указалъ мнѣ рукою на Востокъ и говоритъ: – «Смотри». И увидѣлъ я массу народа съ радостными лицами, а въ рукахъ Кресты, Хору́гви и свѣчи, а посреди́, между толпой, стоитъ высокій Престолъ на воздухѣ, золотая Царская Корона и на ней написано золотыми буквами: «на малое время». Вокругъ Престола стоятъ Патріархи, Епископы, священники, монахи, монахини, пустынники и міряне. Всѣ поютъ: «Слава въ Вышнихъ Богу и на землѣ миръ». Я перекрестился и поблагодарилъ Бога.
       Вдругъ Старецъ взмахнулъ въ воздухѣ три раза крестообразно. И вотъ я вижу массу труповъ и рѣки крови. Ангелы летали надъ тѣлами убіенныхъ и едва успѣвали подносить души Хрiстіанскія къ Престолу Божію, и пѣли «аллилуія». Страшно было смотрѣть на все это. Я горько плакалъ и молился. Старецъ взялъ меня за руку и сказалъ: – «не плачь. Такъ нужно Господу Богу за наше маловѣріе и окаянство, сему надлежи́тъ такъ быть. Спаситель нашъ Іисусъ Хрiстосъ тоже пострадалъ и проли́лъ Свою Пречистую Кровь на Крестѣ. Итакъ, будетъ еще много Мучениковъ за Хрiста, и это тѣ, которые не примутъ антихрiстовой печати, прольютъ кровь и получатъ Мученическій Вѣнецъ».
       Затѣмъ Старецъ помолился, три раза перекрестился на Востокъ и сказалъ: «Вотъ исполнилось пророчество Даніи́ла. Мерзость запустѣнія окончательная». Я увидѣлъ Іерусалимскій храмъ, а на куполѣ звѣзда. Вокругъ храма толпятся милліоны народа и стараются войти внутрь храма. Я хотѣлъ было перекреститься, но Старецъ задержалъ мою руку и опять сказалъ: «здѣсь мерзость запустѣнія». Мы вошли въ храмъ, гдѣ было много народа. И вотъ вижу престолъ посреди храма, кругомъ престола въ три ряда свѣчи смоля́ныя горятъ, а на престолѣ сидитъ въ ярко-красной порфи́рѣ всемірный правитель-царь, на головѣ золотая съ брилліантами корона, со звѣздою. Я спросилъ Старца кто это? Онъ сказалъ: – «это есть антихрiстъ». Росту высокаго, глаза, какъ уголь, черные, борода черная клиномъ, лицо свирѣпое, хитрое и лукавое – звѣроподобное, носъ орлиный.
       Вдругъ антихрiстъ всталъ на престолъ, выпрямился во весь ростъ свой, поднялъ высоко голову и правую руку протянулъ у народу – на пальцахъ были когти, какъ у тигра, и зарычалъ своимъ звѣринымъ голосомъ: Я вашъ богъ, царь, и правитель. Кто не приметъ моей печати – смерть имъ тутъ. Все пали на колѣни и поклонились и приняли печать на лобъ. Но нѣкоторые смѣло подошли къ нему и громко разомъ воскликнули: «Мы хрiстіане, вѣруемъ въ Господа нашего Іисуса Хрiста». Тогда въ одинъ мигъ сверкнулъ мечъ антихрiста, и головы Хрiстіанскихъ юношей скатились и пролила́сь кровь за Вѣру Хрiстову. Вотъ ведутъ отроковицъ, женщинъ и малыхъ дѣтей. Здѣсь онъ еще хуже разсвирѣпѣлъ и закричалъ по-звѣриному: «смерть имъ. Эти хрiстіане мои враги – смерть имъ». Тутъ же и послѣдовала моментальная смерть. Головы скатились на́ полъ и разлилась кровь Православная по всему храму.
       Затѣмъ ведутъ къ антихрiсту десятилѣтняго отрока на поклоненіе и говорятъ – пáдай на колѣна, но отрокъ смѣло подошелъ до престола антихрiста: – «я хрiстіанинъ и вѣрую въ Господа нашего Іисуса Хрiста, а ты – исчадіе ада, слуга сатаны, ты антихрiстъ». – «Смерть», – страшнымъ, дикимъ ревомъ заревѣлъ имъ. Всѣ пали передъ антихрiстомъ на колѣни. Вдругъ тысячи гро́мовъ прогремѣли и тысячи молній небесныхъ стрѣ́лами огненными летали и поражали слугъ антихрiста. Вдругъ самая большая стрѣла, огненная, крестообразная, слетѣла съ неба и ударила антихрiста въ голову. Онъ взмахнулъ рукой и упалъ, корона слетѣла съ головы и разсыпалась въ прахъ, и милліоны птицъ летали и клевали трупы нечестивыхъ слугъ антихрiста.
       Вотъ я почувствовалъ, что Старецъ взялъ меня за плечо и сказалъ: – «идемъ дальше въ путь». Вотъ я вижу опять масса крови, по-колѣни, по-поясъ, охъ, какъ много про́лито Хрiстіанской крови. Тутъ я вспомнилъ слово, которое сказано въ Откровеніи Іоанна Богослова: и бу́детъ кро́ви по узды́ ко́нскія. Ахъ, Боже, спаси меня грѣшнаго! На меня напалъ страхъ великій. Я былъ ни живъ ни мертвъ. Вотъ вижу Ангелы много летаютъ и поютъ: – «Свя́тъ, Свя́тъ, Свя́тъ Госпо́дь». Я оглянулся – Старецъ стоялъ на колѣняхъ и молился. Потомъ онъ всталъ и ласково сказалъ: – «Не скорби. Скоро, скоро конецъ міру, молись Господу, Онъ милостивъ къ рабамъ Своимъ. Уже не годы остались, но часы, и скоро, скоро конецъ».
       Затѣмъ Старецъ благословилъ меня и указалъ рукой на Востокъ, сказалъ: – «я иду вотъ туда». Я палъ на колѣни, поклонился ему и вижу, что быстро отчаливаетъ онъ отъ земли, тутъ я спросилъ: – «Какъ же имя твое, чудный Старче?» Потомъ я громче воскликнулъ: «Святы́й О́тче, скажи, какъ твое Святое имя?» – «Серафимъ, – тихо и мягко сказалъ онъ мнѣ, а что ты видѣлъ – напиши и не забудь все это ради Хрiста».
       Вдругъ какъ бы надъ моей головой ударилъ звонъ большого ко́локола. Я проснулся, открылъ глаза. На лбу у меня выступилъ холодный потъ, въ вискахъ стучало, сердце сильно билось, ноги дрожали. Я сотворилъ молитву: «Да Воскреснетъ Богъ». Господи, прости меня грѣшнаго и недостойнаго раба твоего Іоанна. Богу нашему Слава. Аминь.
       Источникъ: «50-ти лѣтіе преставле́нія приснопа́мятнаго отца Іоанна Кронштадтскаго: Юбилейный сборникъ, 1908-1958». – Utica (N.Y.): Memorial fund of father John of Kronstadt, 1958. – С. 146-156.

Свѣтлой памяти Царственныхъ Страстоте́рпцевъ (17 Іюля 1918 г.).
       К
огда-то, въ древности, въ одномъ городѣ былъ такой обычай: если совершалось убійство, то всѣ жители города должны были подходить къ тѣлу убитаго и клятвенно свидѣтельствовать о томъ, что они не виновны ни прямо, ни косвенно въ содѣянномъ преступленіи.
       Послѣ 4 (17) Іюля 1918 года, дня убіенія Царской Семьи, всѣ Рускіе люди при́званы отвѣтить передъ тѣлами убитаго Помазанника Божія, Страстотерпца Государя, Его Супруги и Его Дѣтей – не виновны ли они прямо или косвенно, вольно или невольно, сознательно или безсознательно, словомъ, дѣломъ или помышленіемъ въ этомъ страшномъ злодѣяніи.
       Весь Рускій Народъ отвѣтствененъ за этотъ величайшій грѣхъ: одни въ бóльшей степени, другіе – въ меньшей. Совершенно невинны лишь тѣ, кто до смерти оставался вѣрнымъ и соуча́ствовалъ въ страданіяхъ Царственныхъ Мучениковъ во время ихъ Голгоѳы или въ теченіе послѣднихъ лѣтъ.

       Рускій Народъ [не путать съ «совѣтскимъ» и «федеральнымъ», – прим.] – Народъ Богои́збранный, Народъ Богоно́сецъ, Народъ, которому Господь нашъ Іисусъ Хрiстосъ ввѣрилъ блюсти чистоту Своей Непорочной Невѣсты – Истинной Церкви Православной. Кому больше дано, съ того больше и спросится. Ни съ одного народа въ мірѣ (кромѣ народа еще Еврейскаго) не спросится такъ много, какъ съ Народа Рускаго.
       Божественною Кровью Спасителя иску́пленъ весь родъ человѣческій. Непремѣннымъ условіемъ спасенія является покаяніе и соучастіе человѣка въ жертвѣ за по́пранную Истину и Справедливость. Иными словами – спасеніе есть Богочеловѣческій процессъ, покупаемый неоцѣнимой Божественной Кровью Спасителя и радостно и любовно о́тданной кровью благодарнаго Ему человѣчества.
       Высшій Хрiстіанскій подвигъ вѣнчается Вѣнцомъ терно́вымъ. Безвинныя муки – вотъ имя этого подвига! Чистые сердцемъ идутъ на закла́ніе. Соучастіе въ страстя́хъ Хрiстовыхъ для спасенія грѣшнаго міра во имя любви ко всему міру – вотъ высшій подвигъ Хрiстіанина.
       Страшные грѣхи сотворилъ Народъ Рускій. Безмѣрно паденіе Богои́збраннаго Народа. Но гдѣ умножается грѣхъ, тамъ, по неизреченной милости Божіей, преизоби́луетъ и Благодать! И благодатный Народъ Рускій, наряду съ безмѣрными грѣхами явилъ міру и безмѣрную   С в я т о с т ь.
       Православное Руское Самодержавіе есть взаи́моотвѣ́тственность Царя и Народа. Грѣхи Царя могутъ быть иску́плены народомъ. Такъ кровь Святого Митрополита Филиппа искупила грѣхи Царя Іоанна Грознаго. Черезъ сто лѣтъ послѣ своей мученической кончины, Митрополитъ Филиппъ молча всталъ своими Святыми моща́ми на то самое мѣсто въ Успенскомъ Соборѣ, откуда онъ исповѣднически обличилъ грѣхи Царя Іоанна. А другой Царь, Алексѣй Михайловичъ, положилъ на грудь Святителя челоби́тную Грамоту и колѣнопреклоне́нно молилъ   С в я т о г о   п р о с т и т ъ   Ц а р я!   Зная сущность Хрiстіанской Святости, съ ее дыханіемъ всепрощающей Хрiстовой Любви, мы не можемъ сомнѣваться въ томъ, что Митрополитъ Филиппъ простилъ Царя Іоанна, и по́пранная Справедливость была возстановлена.
       Но если грѣхи Царя могли быть иску́плены страданіями народа, то и грѣхи народа могутъ быть иску́плены страданіями Царя! Страшные грѣхи сотворилъ Народъ Рускій. Но Православный Рускій Царь-Государь Императоръ Николай II-ой – своими страданіями искупилъ эти грѣхи.
       Непомѣрно огромны были грѣхи падшаго Богои́збраннаго Народа Рускаго, но искупительная жертва оказалась еще больше: Православный Рускій Царь-Страстотерпецъ, Помазанникъ Божій – отдалъ за Народъ   С в о ю   Царскую кровь,   Д ѣ т с к у ю   кровь Своего Сына, кровь Своей вѣрной Супруги и дѣвственно-чистую кровь   в с ѣ х ъ   Своихъ Дочере́й.
       Искупленіе совершилось. Но, чтобы имѣть право омы́ть свои грѣхи этой кровью, человѣческой Царской и Дѣтской кровью, дополненной къ неоцѣнимой и драгоцѣ́ннѣйшей Крови Богочеловѣка-Хрiста, необходимо   п о к а я н і е   [примѣръ настоящаго покаянiя описанъ въ Книгѣ Пророка Iоны 3:5-9, – прим.] въ грѣхахъ передъ Богомъ, вмѣстѣ со смиреннымъ и терпѣливымъ признаніемъ справедливости ниспо́сланныхъ Народу Рускому каръ.
       Убійство Царской Семьи, этотъ всенародный страшный грѣхъ, завершаетъ, вѣнчаетъ и сνмволизируетъ всѣ Рускіе грѣхи, совершенные со времени Второго Крещенія Руси («Крещенія слезами» – всенароднаго покаянія передъ Патріархами Гермоге́номъ и Íовомъ во время первой смуты) – до послѣдней пермане́нтно-окая́нной революціи, попу́щенной Богомъ, какъ законное возмездіе Народу Рускому.
       Нескончаемыя муки, страданія, пытки, кровь и слезы, въ которыхъ тонутъ сейчасъ всѣ Рускіе люди, какъ въ Отечествѣ, такъ и въ разсѣяніи по всему міру – суть плоды безмѣрныхъ народныхъ грѣховъ. Ихъ надо осознать и въ нихъ надо покаяться! И только тогда, послѣ религіозно-нравственнаго возрожденія – можно надѣяться на возрожденіе физическое. Надо не на словахъ, а на дѣлѣ доказать всему міру, что Рускіе – не большевики, не предатели и не Пилаты.
       Защищать теперь   ф е в р а л ь с к у ю   революцію и видѣть въ ней какую-то правду – это значитъ снова предавать народъ большевизму. Не защищать теперь идеи Православной Руской Монархіи и молчать о ней – значитъ уподобляться Пилату, умывающему руки!
       Если мы не поймемъ, не призна́емъ, не преодолѣемъ этихъ коренныхъ грѣховъ Народа Рускаго, совершенныхъ въ теченіе длительнаго процесса историческаго періода отъ «декабристовъ» до «октябристовъ», отъ Бѣлинскихъ и Черныше́вскихъ до Лениныхъ и Сталиныхъ (и́бо это не только личности, но и персонифици́рованныя идеи Руской общественной мысли), то кровь Царя и Его Семьи, вмѣстѣ съ кровью Мучениковъ Православной Церкви во главѣ со Св. Патріархомъ Тихономъ, Митрополитами Владиміромъ, Веніаминомъ, Петромъ, Кирилломъ и Іосифомъ, и вмѣстѣ съ кровью безчисленныхъ Мучениковъ, за Вѣру, Царя и Отечество въ борьбѣ съ сатанинской властью животъ свой положившихъ – падетъ на всѣхъ насъ, Рускихъ, и на дѣтей нашихъ, гдѣ бы мы ни находились – на Родинѣ или въ разсѣяніи по всему міру. Чистое дѣло надо дѣлать не только чистыми руками, но прежде всего съ чистымъ сердцемъ. Безъ пониманія своихъ грѣховъ и безъ покаянія въ нихъ – безсмысленна борьба за освобожденіе Росіи.
       Просты́ и я́сны слова Спасителя: Безъ Меня́ не мо́жете твори́ть ничего́. Без помощи Божіей спасти Росію нельзя. Богъ Всеси́ленъ и безконечно милостивъ. Онъ ждетъ только   п о к а я н і я.
       Будетъ всенародное покаяніе – будетъ и помощь Всемогущей Божіей Любви и Справедливости. Не будетъ этого покаянія – Рускій Народъ никогда не выйдетъ изъ этой окаянной смуты! Никакія организаціи оправдывающія Іудины и Пилатовы дѣя́нія враговъ Истинной Православной Руской Церкви и Православнаго Рускаго Самодержавія, – не спасутъ Росію.
       Рускій Народъ, Рускіе люди гибнутъ! Гибнутъ духовно, а потому и физически, и́бо только при здоровомъ духѣ можетъ быть дѣйствительно здоровое тѣло.

       Спасеніе можетъ быть общее и частное. Тѣхъ отдѣльныхъ Рускихъ людей, которые искренне каются въ своихъ грѣхахъ и со смиреніемъ, кротостью и терпѣніемъ принимаютъ ниспо́сланныя Богомъ Народу Рускому кары, – Господь чудесно и таи́нственно спасаетъ и любовно покрываетъ Своимъ всепрощающимъ милосердіемъ. Онъ или беретъ ихъ къ Себѣ, посылая имъ тихую и безмятежную кончину, или находитъ имъ тихіе и скромные уголки жизни, давая возможность въ благодарной молитвѣ найти самое высшее, самое рѣдкое и самое благодатное – благодушевный покой и непоколебимую вѣру, растворяющую и просвѣтляющую всякую скорбь.
       Дивное диво и чудное чудо представляетъ наша современная жизнь, и не видятъ этого только тѣ, кто никогда, ни на одно мгновеніе, не хотѣли поднять свое сердце «Горѣ́» и посмотрѣть на жизнь «умными», духовными очами.
       Океанъ страданій – и въ немъ чудесные островки тихой радости, вѣры, надежды и любви. Океанъ тревогъ и страха – и въ немъ дивные маяки тихаго, невечерняго, неусыпа́ющаго свѣта.
       Но, увы! какъ мало людей, сподобившихся найти эти островки, уголки и маяки! Какъ ничтожно количество избравшихъ «благую часть»!
       Огромныя же массы народа мяту́тся и трепещутъ и гибнутъ не столько отъ дѣйствительныхъ бѣдъ, сколько отъ «ожиданія грядущихъ бѣдствій».
       Господи! Доколѣ?!
       Отвѣтъ ясенъ и простъ: «До тѣхъ поръ, пока весь народъ не покается».
       Истина ясна́ и свѣтла́, какъ Солнце, проста́ и прекрасна, какъ дитя́!
       Она заключается въ томъ, что Рускій Народъ гибнетъ въ пучинѣ своихъ грѣховъ, глубочайшимъ, послѣднимь, предѣльнымъ смраднѣ́йшимъ и богопроти́внѣйшимъ изъ которыхъ является изувѣрское убіе́ніе Помазанника Божія и Его Семьи.
       Спасеніе Росіи возможно   т о л ь к о   черезъ покаяніе и   т о л ь к о   съ помощию Божіей, а не «своею собственной рукой»!

       Истинная Православная Руская Церковь уже давно, кротко и непрестанно, призываетъ къ такому покаянію. Но иниціатива его должна принадлежать самому народу. Идея Православнаго Рускаго Самодержавія, идея Православія, Самодержавія и Народности, идея борьбы за Вѣру, Царя и Отечество, идея организаціи борьбы прежде всего за   д у х о в н о е   освобожденіе Росіи, – въ настоящее страшное и лукавое время является единственной идеей, вокругъ которой организованно могутъ объединиться всѣ Истинно Православные Рускіе люди, понимающіе безмѣрность грѣховъ всего Народа Рускаго, признаю́щіе Божественную справедливость возмездія за нихъ, чающіе всенароднаго покаянія, какъ единственно-реальную возможность духовнаго, а съ нимъ и Государственнаго оздоровленія Росіи, и, главное, ничего для себя лично не желающіе, а готовые на полное самоотверженіе и на самопожертвованіе   в о   и м я   л ю б в и   в о   X р i с т ѣ   къ своей Родинѣ – Росіи.
       Православные Рускіе люди! Объединяйтесь, и́бо въ едине́ніи сила! Организуйтесь, и́бо борьба требуетъ организованности. Но помните Заветъ Хрiста: безъ Меня́ не мо́жете твори́ть ничего́! Спрашивайте вашихъ руководителей – со Хрiстомъ они – или противъ Хрiста? Безъ Хрiста – значитъ противъ Хрiста!
       А если со Хрiстомъ, – то значитъ и съ Его Непорочной Невѣстой – Православной Церковью. А это, въ свою очередь, означаетъ – что руководители ваши должны просить на свое дѣло благословеніе Церкви.
       Но и церквей теперь много! Какъ отличить Истинную отъ «лука́вствующей»?
       Очень просто. Та Православная Церковь, Которая никогда, ни въ какой степени, ни при какихъ обстоятельствахъ, ни на іоту не солидаризи́ровалась съ тѣми, кто былъ палачемъ Царской Семьи и вѣрнаго Ему народа, – Та, и только Та Церковь можетъ быть названа Непорочной Хрiстовой Невѣстой.
       Ни лже-патріархи Сергій, Алексій [чекисты Пименъ, Алѣксей Ридегеръ, Кириллъ Гундевъ, – прим.], ни тѣ, кто имъ кланяется и ихъ благодаритъ, – не могутъ быть признаны «голосомъ Церкви». Нужно чистое имя, къ которому можно обратиться за благословеніемъ на Святое Дѣло.
       Имя Преподобнаго Се́ргія Ра́донежскаго, – освятившаго дѣло Великаго Князя Дмитрія Донскаго.
       Имя Святаго Патріарха Гермоге́на, – освятившаго дѣло Ми́нина и Пожа́рскаго.
       Слава Богу, и у насъ, въ зарубежьи, есть нынѣ чистое и достойное имя. Оно еще те́плится! Спѣшите, пока живъ носящій его.
       Просите благословенія на установленіе Дня убіенія Царской Семьи – днемъ ежегоднаго всенароднаго покаянія – у Первосвятителя Руской Зарубежной Церкви, Преосвяще́ннѣйшаго Митрополита Анаста́сія». Проф. И. М. Андреевскій († 1976 г.).
       Источникъ: «Лучъ свѣта». «Ученіе въ защиту Православной вѣры, въ обличеніе атеизма и въ опроверже- ніе доктринъ невѣрія». Въ двухъ частяхъ: Часть вторая. // Собралъ, перепечаталъ и дополнилъ иллюстраціями Архимандритъ Пантелеи́монъ. – Изданіе второе. – Jordanville: Изданіе Свято-Троицкаго Монастыря, 1970 [1971]. – С. 263-266.

Comments Disabled:

Comments have been disabled for this post.

?

Log in