iером. Серафимъ РПЦЗ(В)

Го́споди Iису́се Хрiсте́, Сы́не и Сло́ве Бо́жiй, Богоро́дицы ра́ди, поми́луй мя.

Previous Entry Share Next Entry
«Церковь-Организмъ и церковь-организація» часть 2-ая.
oseraphim
       «Вотъ я, во имя Божіе, при́нялъ многочисленное общество ваше въ лицѣ Онисима, мужа несказа́нной любви, вашего во пло́ти [т.-е. Епископа видимаго, представляющаго власть невидимаго Епископа] Епископа» (гл. I).
       «Слѣдуетъ всячески славить Іисуса Хрiста, Который прославилъ васъ, для того, чтобъ вы въ единодушномъ повинове́ніи были утверждены́ въ одномъ духѣ и въ однихъ мысляхъ, и всѣ вы говорили одно, чтобы, повину́ясь Епископу и пресвитерству, вы были освящены́ во всемъ» (гл. II). «Іисусъ Хрiстосъ, общая наша жизнь, есть мысль Отца, какъ и Епископы, поставленные по конца́мъ Земли, находятся въ мысли Іисуса Хрiста» (гл. III). «Посему́ и вамъ надлежи́тъ согласова́ться съ мыслію Епископа, что вы и дѣлаете» (гл. IV). «Если я въ короткое время возымѣ́лъ такое дружество съ вашимъ Епископомъ – не человѣческое, а духовное, то сколько, думаю, блаже́ннѣе вы, которые соединены́ съ нимъ такъ же, какъ Церковь съ Іисусомъ Хрiстомъ и какъ Іисусъ Хрiстосъ съ Отцемъ, да́-
       
бы все было согласно чрезъ едине́ніе. Никто да не обольщается! Кто не внутри Жертвенника, тотъ лишаетъ себя Хлѣба Божія. Если молитва двоихъ имѣетъ великую силу (Мѳ. 18:19), то сколько сильнѣ́е молитва Епископа и цѣлой Церкви? Поэтому кто не ходитъ въ общее собраніе, тотъ уже возгорди́лся и самъ осудилъ себя; и́бо написано: Богъ го́рдымъ проти́вится (Притч. 3:34; Іак. 4:6; 1 Пѣт. 5:4). Постараемся же не проти́виться Епископу, чтобы намъ быть покорными Богу» (гл. V).
       «И чѣмъ болѣе кто видитъ Епископа молчащимъ [т.-е. видитъ его не вступающимся за оскорбленіе или пренебреженіе его достоинства], тѣмъ болѣе долженъ бояться его. Ибо всякаго, кого посылаетъ Домовлады́ка для управленія своимъ Домомъ, намъ до́лжно принимать такъ же, какъ Самого́ пославшаго (см. Мѳ. 24:25). Поэтому ясно, что и на Епископа до́лжно смотрѣть, какъ на Самого Господа» (гл. VI). «Если Іисусъ Хрiстосъ, по вашей молитвѣ, удостоитъ меня и будетъ воля Его, то я въ другомъ Посланіи, которое намѣренъ написать къ вамъ, раскрою только что на́чатое мною Домостроительство Божіе относительно новаго человѣка, Іисуса Хрiста, по Вѣрѣ въ Него и по Любви къ Нему, чрезъ Его страданіе и Воскресеніе, – особенно, если Господь мнѣ откроетъ, что всѣ вы до единаго, безъ исключенія, по благодати Божіей соединены въ одной Вѣрѣ и въ Іисусѣ Хрiстѣ, происшедшемъ по пло́ти отъ рода Давидова, сынѣ человѣческомъ и Сынѣ Божіемъ, такъ что повинуетесь Епископу и пресви́терству въ совершенномъ единомысліи, преломля́я одинъ Хлѣбъ, это врачевство́ безсмертія, не только предохраняющее отъ смерти, но и да́рующее Вѣчную Жизнь во Іисусѣ Хрiстѣ» (гл. XX). «Я удостоился видѣть васъ, – пишетъ Св. Игнатій Магнезíйцамъ, – въ лицѣ Богодосто́йного Епископа вашего Дама́са, и достойныхъ пресви́теровъ Ва́сса и Аполло́нія, и сотрудника моего, діакона Сотіо́на, котораго я желалъ бы имѣть при себѣ, потому что онъ повинуется Епископу, какъ благодати Божіей, и пресви́терству, какъ закону Іисуса Хрiста» (гл. II). «Какъ Господь безъ Отца, по Своему едине́нію съ Нимъ, ничего не дѣлалъ ни Самъ Собою, ни чрезъ Апостоловъ, такъ и вы ничего не дѣлайте безъ Епископа и пресви́теровъ» (гл. VII). «Повинуйтесь Епископу и другъ другу, какъ Іисусъ Хрiстосъ повиновался по пло́ти Отцу и Апостолы Хрiсту, Отцу и Духу, да́бы едине́ніе было вмѣстѣ тѣлесное и духовное» (гл. XIII). «Каждому изъ васъ, – назида́етъ Траллíйцевъ Священномученикъ, – особенно же пресви́терамъ, слѣдуетъ поко́ить Епископа, въ честь Отца, Іисуса Хрiста и Апостоловъ» (гл. XII). «Укрѣпляйтесь во Хрiстѣ Іисусѣ, и будьте покорны Епископу, какъ Заповѣди Божіей, ра́вно и пресви́терству» (гл. XIII). «Привѣтствую Ее [т.-е. Церковь] Кровію Іисуса Хрiста, Которая есть Вѣчная и непрестаю́щая радость для вѣрующихъ, особенно если они находятся въ едине́ніи съ Епископомъ и его пресви́терами и діа́конами, поста́вленными изволе́ніемъ Іисуса Хрiста, которыхъ по благоволе́нію Своему Онъ утвердилъ непоколеби́мо Святымъ Духомъ Своимъ» (Вступленіе). «Которые суть Бо́жіи и Іисусъ-Хрiстовы, тѣ съ Епископомъ» (Къ Филадельфiйцамъ гл. III). «Старайтесь имѣть одну Евхари́стію. Ибо одна Плоть Господа нашего Іисуса Хрiста и одна Чаша въ едине́ніе Кро́ви Его, одинъ Жертвенникъ, какъ и одинъ Епископъ съ пресви́терствомъ и діаконами, сослужи́телями моими, да́бы все, что дѣлаете, дѣлали вы о Богѣ» (гл. IV). «Находясь между вами, я громко возвѣщалъ, сильнымъ голосомъ говорилъ: «внимайте Епископу, пресвитерству и діаконамъ» (гл. VII). «Духъ возвѣсти́лъ мнѣ, говоря такъ: «безъ Епископа ничего не дѣлайте, блюди́те плоть свою, какъ храмъ Божій, любите едине́ніе, бѣгайте раздѣленій, будьте подражателями Іисусу Хрiсту, какъ и Онъ – Отцу Своему» (гл. VII). «Всѣмъ кающимся Господь прощаетъ, если они возвращаются къ едине́нію Божію и къ Собору Епископа» (гл. VIII). «Всѣ послѣдуйте Епископу, какъ Іисусъ Хрiстосъ – Отцу, – увѣщева́етъ Св. Игнатій Сми́рнянъ, – а пресвитерству, какъ Апостоламъ. Діаконовъ же почитайте какъ Заповѣдь Божію» (гл. VIII). «Безъ Епископа никто не дѣлай ничего, относящагося до Церкви» (гл. VIII). «Только та Евхари́стія должна почитаться истинною, которая совершается Епископомъ или тѣмъ, кому онъ самъ предоставитъ это» (гл. VIII). «Гдѣ будетъ Епископъ, тамъ долженъ быть и народъ, такъ же какъ гдѣ Іисусъ Хрiстосъ, тамъ и Каѳоли́ческая Церковь» (гл. VIII). «Не позволительно безъ Епископа ни Крестить, ни совершать Ве́черю любви; напротивъ, что одобритъ онъ, то и Богу пріятно, чтобы всякое дѣло было твердо и несомнѣнно» (гл. VIII). «Прекрасное дѣло – знать Бога и Епископа. Почитающій Епископа – почтенъ Богомъ; дѣлающій что-нибудь безъ вѣдома Епископа – служитъ діаволу» (гл. IX). «Ничего не должно быть безъ твоей воли, – поучаетъ Игнатій своего ближайшаго ученика, Еп. Поликарпа (впослѣдствіи Священномученика), – но и ты ничего не дѣлай безъ воли Божіей» (Посланіе къ Поликарпу, гл. IV). «Кто можетъ въ честь Господа, пло́ти пребывать въ чистотѣ, пусть пребываетъ безъ тщеславія. Если же станетъ тщеславиться, то погибъ; а если будетъ почитать себя больше Епископа, то пропалъ совершенно» (гл. V). «Тѣ, которые женятся и выходятъ замужъ, должны вступать въ союзъ съ согласія Епископа, чтобы бракъ былъ о Господѣ, а не по по́хоти» (гл. V). «Внимайте Епископу, да́бы и Богъ внималъ вамъ. Я – жертва за тѣхъ, которые повинуются Епископу, пресвитерамъ и діаконамъ. И пусть часть моя въ Богѣ будетъ одинаковая съ ними» (гл. VI). «Желаю вамъ всегда укрѣпляться о Богѣ нашемъ Іисусѣ Хрiстѣ. Пребывайте чрезъ Него въ едине́ніи съ Богомъ и Епископомъ» (гл. VIII).
       Выписалъ я мысли Св. Игнатія, и мнѣ очень захотѣлось свести ихъ къ нѣ́коему духовному единству, къ тому ми́стико-Догматическому основанію, на которомъ они покоятся, но это слишкомъ бы удлинило мое письмо, объ окончаніи котораго пора уже подумывать, а потому я предоставляю вамъ самимъ, мои дорогіе, внимательно вдуматься въ слова Великаго Святителя, чтобы уясни́ть себѣ ихъ глубокій внутренній смыслъ. Со своей стороны я отмѣчу въ нихъ лишь тѣ черты, которые имѣютъ ближайшее отношеніе къ нашей бесѣдѣ.
       Бѣгло читая то, что Св. Игнатій говоритъ о значеніи Іерархіи вообще и Епископа въ особенности, можно подумать, что въ сознаніи Священномученика значеніе это имѣетъ абсолютный характеръ, что Епископъ является какимъ-то автокра́томъ [т.-е. самоде́ржцемъ, абсолюти́стомъ, – прим.] въ Церкви, что вѣра его непогрѣшима и повиновеніе ему безусловно: «гдѣ Епископъ, тамъ долженъ быть и народъ», – утверждаетъ Богоносецъ (гл. VIII къ Сми́рнянамъ). Эта мысль красной нитью проходитъ, какъ мы видѣли, во всѣхъ писаніяхъ Еп. Игнатія. Такая категоричность въ сужденіяхъ Св. Отца объясняется, съ одной стороны, тѣмъ, что авторитетъ Епископа въ Церкви, въ извѣстномъ смыслѣ (какъ показано было раньше въ этомъ письмѣ), дѣйствительно безусловенъ, съ другой – Св. Игнатій, такъ похваля́ющій современныхъ ему Епископовъ (см. вышеприведенные цитаты), видѣлъ въ нихъ утѣши́тельное совпаденіе каноническаго авторитета съ духовнымъ, что и является идеаломъ Епископскаго служенія. Этотъ идеалъ Св. Игнатій ясно выражаетъ въ нѣсколькихъ словахъ, обращенныхъ къ Еп. Поликарпу: «ничего не должно́ быть безъ твоей воли, – пишетъ онъ своему ученику и другу, – но и ты ничего не дѣлай безъ воли Божіей» (см. выше). Симъ краткимъ начерта́ніемъ идеала Епископскаго служенія Св. Богоносецъ пролагаетъ путь къ другому Священномученику, Еп. Ирине́ю Ліо́нскому, жившему вѣкъ спустя послѣ Св. Игнатія.
       Если задачей Священномученика Игнатія было, главнымъ образомъ, раскрытіе и установка Верховнаго авторитета Епископа въ созида́вшейся юной Церкви Хрiстовой, если онъ утверждалъ и укрѣплялъ Іерархическое основаніе Церкви, безъ ко́его Она не можетъ существовать, поскольку каноническое достоинство и тайново́дственное значеніе Епископа въ принципѣ необходимы и неоспоримы, а охрана и передача Истиннаго Благовѣ́стія Хрiстова составляютъ его прямую обязанность и дѣло благодатныхъ даровъ, ему подава́емыхъ, то у Св. Ирине́я эта задача осложнялась тѣмъ, что онъ жилъ въ то время, когда Церковь, осозна́вшая Себя и Свою структуру, была обурева́ема всякаго рода лжеученіями, которые исхища́ли овецъ изъ Ограды Церковной и носителями ко́ихъ были нерѣдко лица, принадлежавшіе къ Священноначалію. Справедливые и существенно-важные мысли Св. Игнатія о Епископскомъ авторитетѣ необходимо было восполнить нѣкоторыми соображеніями и указаніями, которые и оставилъ намъ въ назиданіе и руководство Епископъ Ліо́нскій.
       Въ согласіи съ основоположникомъ ученія о занима́ющихъ Престолы Апостольскіе, Св. Игнатіемъ, Св. Ириней утверждаетъ ихъ прее́мственный авторитетъ, но ограничиваетъ слѣдованіе за ними, отличая пастырей отъ волковъ (носящихъ личи́ну каноничности) и этимъ утверждая духовно-нравственный авторитетъ въ нѣдрахъ самого́ Священнонача́лія. Кромѣ того онъ указываетъ на Апостольское Преданіе и на хранителя его – целоку́пный составъ вѣрующихъ, а не на одинъ Епископатъ, и́бо самъ Епископъ таи́нственно связанъ (обрученъ) въ этимъ составомъ и внѣ его не мыслится. Словомъ, у Иринея мы находимъ подтвержденіе тѣмъ мыслямъ, которые развиваются нами на протяженіи почти всѣхъ писемъ. Послушаемъ теперь подлинную рѣчь самого Св. Отца.
       «Не до́лжно, – пишетъ онъ, – искать у другихъ Истины, которую легко получить отъ Церкви, и́бо Апостолы, какъ богачъ въ сокровищницу, вполнѣ положили въ Нее все, что относится къ Истинѣ, такъ что всякій желающій беретъ изъ Нее питіе́ Жизни (Откр. 22:17). Она именно есть Дверь Жизни, а всѣ прочіе (учители) суть воры и разбойники. Посему́ до́лжно избѣгать послѣднихъ, но съ величайшимъ тщаніемъ избирать то, что относится къ Церкви, и принимать Преданіе Истины. Что же? Если бы возникъ споръ о какомъ-нибудь важномъ вопросѣ, то не надлежа́ло ль бы обратиться къ древнѣ́йшимъ Церква́мъ, въ Которыхъ обращались Апостолы, и отъ Нихъ получить, что есть достовѣрнаго и яснаго относительно настоящаго вопроса? Что если бы Апостолы не оставили намъ Писаній? Не до́лжно ли было слѣдовать порядку Преданія, преданнаго тѣмъ, кому они ввѣрили Церкви?
       Этому порядку слѣдуютъ и многіе племена варваровъ, вѣрующихъ во Хрiста, которые имѣютъ спасеніе свое безъ ха́ртіи или чернилъ, написанное въ сердца́хъ своихъ Духомъ, и тщательно блюду́тъ древнее Преданіе... Такимъ-то образомъ, вслѣдствіе того древняго Апостольскаго Преданія, они даже не допускаютъ въ умъ свой чудовищной рѣчи еретиковъ, такъ какъ у нихъ [т.-е. еретико́въ] не было ни (Церковнаго) собранія, ни устано́вленнаго ученія».
       Указавъ на значеніе церкви-организаціи и ее предстоя́телей, какъ хранителей «всего, что относится къ Истинѣ», Св. Ирине́й не останавливается на вышеприведе́нныхъ сужденіяхъ, а продолжаетъ развивать свою мысль такъ: «Надлежи́тъ слѣдовать пресви́терамъ [подъ пресви́терами здѣсь [и далѣе] разумѣются, какъ видно изъ слѣдующей фразы, Епископы] въ Церкви тѣмъ, которые имѣютъ прее́мство отъ Апостоловъ и вмѣстѣ съ прее́мствомъ Епископства по благоволе́нію Отца получили извѣстное дарова́ніе Истины, прочихъ же, которые уклоняются отъ первоначальнаго прее́мства и гдѣ бы то ни было собираются, имѣть въ подозрѣніи или какъ еретико́въ и лжеучите́лей, или какъ раскольниковъ, гордыхъ и самоуго́дниковъ, или же какъ лицемѣровъ, поступающихъ такъ ради корысти и тщеславія. Всѣ эти отпали отъ Истины.
       А тѣ, которые почита́ются многими за пресви́теровъ, но служатъ своимъ удовольствіямъ и не предпоставля́ютъ страха Божія въ сердца́хъ своихъ, а ведутъ себя съ презрѣніемъ къ прочимъ и гордятся своимъ предсѣда́тельствомъ, и дѣлаютъ втайнѣ злое, говоря: никто́ насъ не ви́дитъ [Дан. 13:20], будутъ обличены́ Словомъ, Которое судитъ не по ви́димости и смотритъ не на лицо, а на сердцѣ.
       Ото всѣхъ таковыхъ надлежи́тъ удаляться; держаться же тѣхъ, которые, какъ я выше сказалъ, и хранятъ Ученіе Апостоловъ, и вмѣстѣ съ чиномъ пресви́терства ведутъ здравую рѣчь и безсобла́зненную жизнь къ утвержденію и исправленію прочихъ. Таковы́хъ пресви́теровъ питаетъ Церковь».
       «Итакъ, – заключаетъ Св. Ирине́й, – гдѣ находятся дарова́нія Господни, тамъ надлежи́тъ учиться Истинѣ у тѣхъ, которые имѣютъ прее́мство Церковное отъ Апостоловъ, здравую и неукоризненную жизнь и неискаженное и неповрежденное Ученіе».
       Въ религіозномъ сознаніи Великаго Отца Церкви смыкаются, какъ мы видимъ, Церковь-Организмъ и церковь-организація въ ихъ нераздѣльности и неслія́нности. Съ одной стороны, русло Православія строго опредѣляется у него линіей каноническаго преемства Іерархіи, опредѣляется, такъ сказать, механически и юридически, видимо для внѣшняго глаза, съ другой – имъ выдвигается духовный моментъ: «дарова́нія Господни» съ «неукори́зненной жизнью и неповрежденнымъ Ученіемъ» [«Надлежи́тъ намъ, возлюбленные, жизнь Святыхъ Отцовъ, исполненную добрыхъ дѣлъ и назиданія, приводить на память, чтобы утвердить мудрова́ніе наше»].
       Итакъ, преемники Духа Святаго чрезъ Апостоловъ являются и Богопоста́вленными хранителями препо́данной Духомъ Истины, но это – не простое (организаціо́нное) преемство ка́ѳедръ, а именно преемство Духа, о чемъ говорили почти всѣ Апостолы передъ своей кончиной, предостерегая вѣрующихъ отъ волковъ въ овечьей шкурѣ, вносящихъ въ Церковь Хрiстову всяческое нечестіе [если слѣдовать за простымъ преемствомъ ка́ѳедръ, то въ 4-мъ вѣкѣ мы, вмѣстѣ съ папой Либе́ріемъ и подавляющимъ большинствомъ преемниковъ Апостольскихъ, преклонились бы предъ аріанствомъ. Въ VII-мъ вѣкѣ мы вмѣстѣ съ патріархомъ Сергіемъ, папой Гоноріемъ и патріархомъ Ки́ромъ не разобрались бы въ монофели́тствѣ, а въ эпоху иконоборчества иконоборчествовали бы съ огромнымъ большинствомъ іерархіи. Чтобы не преткнуться, необходимъ былъ выборъ: слѣдовало идти за Аѳанасіемъ Александрійскимъ и Антоніемъ Великимъ, Патріархомъ Софро́ніемъ и Максимомъ Исповѣдникомъ и т.д. Этимъ не отрицается значеніе Соборнаго голоса Епископовъ, утверждающихъ своимъ Іерархическимъ авторитетомъ опо́знанную Истину, которая, чтобы получить зрѣлость и полноту́, Вселенскую завершенность, должна найти для себя завершительное выраженіе чрезъ тотъ о́рганъ, которому Богъ ввѣрилъ ее закрѣпленіе] (см. Дѣян. 20:29 и Посланія Апостольскіе).
       Если мы подъ Церковью будемъ разумѣть лишь Іерархію вообще и фактическое Церковное общество, то исторія Церкви, по мысли Св. Златоуста, можетъ предстать передъ нами заполненною мертвыми тѣлами. Въ бесѣдѣ 27-й на 2 Кор. Святитель говоритъ: «я вижу, что многочисленные чада Церкви повержены нынѣ до́лу, подобно мертвому тѣлу. И какъ въ тѣлѣ, недавно уме́ршемъ, хотя можно еще видѣть и глаза, и руки, и ноги, и шею, и голову, однако ни одинъ членъ не исправляетъ своего дѣла, такъ и здѣсь». Излишне говорить, что эти страшные, но справедливые слова Великаго Святителя относятся не только къ міря́намъ, но и къ представителямъ Іерархіи.
       Ясно, что русло Церкви, какъ живого, Богочеловѣ́ческаго Организма, указу́ется и опредѣляется, какъ сказано, не простымъ лишь прее́мствомъ Епископскихъ каѳедръ (какъ ни существенна эта преемственность), не только видимой плотски́ми очами исторической Церковной организаціей (какъ ни необходима послѣдняя для роста Тѣла Хрiстова), не, тѣмъ болѣе, линіей соприкосновенія этой организаціи съ государствомъ (линіей, измѣняющейся въ зависимости и отъ Церковной организаціи, и отъ Государства), а «злато́й цѣпью», звенья которой составляютъ духоно́сцы, другъ-друго́пріима́тельно получающіе и передаю́щіе сокровища Духа Истины, не всегда члены Церковной Іерархіи, но всегда и непремѣ́нно причастники Тѣла Хрiстова – благодатные насе́льники таи́нственнаго До́ма Бо́жія, Кото́рый есть Це́рковь Боѓа Жива́го, сто́лпъ и утвержде́ніе Истины (1 Тим. 3:15).
       Вотъ что говоритъ объ этой Богочеловѣ́ческой «цѣ́пи», связу́ющей Небо съ Землею, Главу́ Церкви съ Ея членами, начало Церкви съ концомъ Ея – Богоносный Отецъ нашъ Симео́нъ Новый Богословъ: «Хрiстосъ есть начало, средина и конецъ. Онъ есть и въ первыхъ, и въ среднихъ, и въ послѣднихъ, – и какъ есть въ первыхъ, такъ и во всѣхъ. Для Него нѣтъ ра́зности между си́ми, какъ нѣсть у Него ни ва́рваръ, ни ски́ѳъ, ни э́ллинъ, ни iуде́й, но вся́ческая и во всѣхъ Хрiстосъ (Гал. 3:28).
       Святая любовь, проникая всѣхъ отъ первыхъ до послѣднихъ, отъ головы до ногъ, всѣхъ съ собою сочетава́етъ, сцѣпля́етъ, связываетъ и едини́тъ, и дѣлаетъ ихъ крѣпкими и непоколебимыми. Будучи познава́ема, она открывается каждому изъ нихъ одною и тою же. Она есть Богъ, съ Ко́имъ и послѣдніе бываютъ первыми, и первые [по времени] какъ послѣдніе.
       Какъ мысленные чины́ Небесныхъ Силъ освѣщаются Богомъ по порядку, такъ что Божественное свѣтоли́тіе проникаетъ изъ перваго чинонача́лія во второе, изъ этого въ третiе и такъ во все: такъ и Святые, будучи освѣщаемы Святыми Ангелами, связу́емы и соединяемы союзомъ Святаго Духа, дѣлаются равноче́стными съ ними и подобными имъ. Затѣмъ Святые, – которые являются изъ рода въ родъ, отъ времени до времени, послѣ Святыхъ, предшествовавшихъ имъ, – посре́дствомъ исполненія Заповѣдей Божіихъ прицѣпляются къ нимъ, – къ тѣмъ прежнимъ и, получая благодать Божію, осіява́ются подобно имъ, – всѣ же послѣдовательно составляютъ такимъ образомъ нѣ́кую злату́ю цѣпь, каждый бу́дучи особымъ звеномъ сей цѣпи́, соединяющимся съ предыдущимъ посредствомъ Вѣры, добрыхъ дѣлъ и любви, – цѣпь, которая, утверждаясь въ Богѣ, неудоборазрыва́ема есть.
       Кто не изволя́етъ со всею любовію и желаніемъ въ смиренному́дріи соединиться съ самымъ послѣднимъ (по времени) изъ всѣхъ Святыхъ, имѣя къ нему нѣ́кое невѣріе, тотъ никогда не соединится и съ прежними и не будетъ вчине́нъ въ рядъ предше́ствовавшихъ Святыхъ, хотя бы ему казалось, что онъ имѣетъ всю вѣру и всю любовь къ Богу и ко всѣмъ Святымъ. Онъ будетъ изве́рженъ изъ среды́ ихъ, какъ не изво́лившій въ смиреніи стать на мѣсто, прежде вѣкъ опредѣленное ему Богомъ, и соединиться съ тѣмъ послѣднимъ (по времени) Святымъ, какъ предопредѣле́но сіе́ ему Богомъ».
       О звеньяхъ сей таинственной злато́й цѣпи́, смыкающей въ духовномъ еди́нствѣ прошлое, настоящее и будущее Св. Церкви, побесѣдуемъ, если Господь благословитъ, въ слѣдующемъ письмѣ.
       Къ сожалѣнію, настоящее письмо писалось съ большими перерывами и очень запоздало выходомъ въ свѣтъ, а главное – писалось при весьма разнообразной обстановкѣ и такихъ же настроеніяхъ: естественно вытекающіе отсюда недостатки его. Простите великодушно и помолитесь о недостойномъ другѣ и братѣ вашемъ...
       Источникъ: М. А. Новоселовъ (Новомученикъ, Катакомбный Епископъ Маркъ). «Письма къ друзьямъ». Письмо восемнадцатое. М.: Изд-во Православного Свято-Тихоновского института, 1994, с.242-264

Вѣра въ Бога.
       М
ы должны вѣровать, какъ и Сνмволъ Вѣры говоритъ, въ Еди́наго Бога, Бога Тріνпоста́снаго, Отца, Сына и Святаго Духа; должны вѣровать, что Богъ сотворилъ міръ, и имъ управляетъ, что Сынъ Божій для спасенія нашего воплотился отъ Пресвятой Дѣвы Маріи, пострадалъ, умеръ, Воскресъ, Вознесся на Небо, и опять придетъ на Землю судить живыхъ и мертвыхъ; должны вѣровать въ Святую Церковь, и принимать содержимыя Ею Таинства; должны съ вѣрою ожидать Воскресенія мертвыхъ и Жизни будущаго вѣка, по кончинѣ настоящаго міра. Вотъ Вѣра Апостольская! Вотъ Вѣра Отеческая! Вотъ Вѣра Православная!
       Что же такое есть вѣра и что значитъ вѣровать? Вѣровать, значитъ несомни́тельно признавать существующимъ, то, чего не видимъ. Напримѣръ, Бога не видимъ, а знаемъ, что Онъ есть, что Онъ сотворилъ міръ и имъ управляетъ. Вотъ это и есть вѣра. Спасителя нашего Іисуса Христа не вида́ли, а знаемъ, что Онъ былъ на Землѣ, пострадалъ за насъ, Воскресъ, и теперь на Небѣ возсѣди́тъ съ Богомъ Отцемъ. Вотъ это и есть вѣра. Духа Святаго не видимъ, а знаемъ, что Онъ пребываетъ въ Церкви и освящаетъ и спасаетъ вѣующихъ. Вотъ это и есть вѣра. Вѣровать значитъ несомни́тельно признавать истиннымъ то, чего не понимаемъ. Наприм. какъ Богъ есть Еди́нъ, и вмѣстѣ Трои́ченъ, Отецъ, Сынъ и Святый Духъ, не понимаемъ, а пріе́млемъ за Истину, – вотъ это и есть Вѣра. Какъ Богъ сотворилъ міръ и какъ имъ управляетъ, не понимаемъ, а пріе́млемъ за Истину, – вотъ это и есть Вѣра. Какъ Сынъ Божій, бу́дучи Богъ, сдѣлался человѣкомъ, и какъ Онъ спасъ человѣческій родъ страданіемъ, смертію и Воскресеніемъ, не понимаемъ, а пріе́млемъ за Истину, – вотъ это и есть Вѣра. Какъ благодать Св. Духа дѣйствуетъ на Таинствахъ Церкви, напр. въ Святомъ Крещеніи человѣкъ возрождается для новой Духовной Жизни, въ Таинствѣ Покаянія очищается отъ грѣховъ, въ Причащеніи вкуша́етъ Самое́ Тѣло и Самую́ Кровь Іисуса Хрiста, не понимаемъ, а пріе́млемъ за Истину, – вотъ это и есть Вѣра. Вѣровать значитъ за Истину признава́ть и съ вѣрою ожидать того, что имѣетъ послѣ́довать въ будущемъ. Напримѣръ, мы знаемъ, что будетъ конецъ міру, будетъ Воскресеніе мертвыхъ, Судъ Божій, и праведнымъ блаженное воздая́ніе, а грѣшнымъ осужденіе, – знаемъ и несомнѣ́нно увѣрены, что все это исполнится, – вотъ это и есть Вѣра.
       Будемъ вѣровать со смиреніемъ и преданностію души. Знаете, какъ поступила Пресвятая Дѣва, когда Архангелъ Благовѣствова́лъ Ей безсѣ́менное зачатіе Сына Божія? Она сказала: се раба́ Госпо́дня, бу́ди Мнѣ по глаго́лу Твоему́ (Лк. 1:38). Вотъ какъ вѣровала Матерь Божія! Такъ и мы будемъ вѣровать. Будемъ вѣровать съ непоколебимою твердостію, не измѣняя своей вѣрѣ, хотя бы за Исповѣданіе Вѣры надлежа́ло претерпѣть ненависть, гоненія, самую́ смерть, – будемъ вѣровать до послѣдняго издыха́нія. Помните, какъ поступали Свв. Мученики. А что они потеряли, сохранивъ Вѣру? Потеряли временную, суетную и бѣдственную жизнь и получили Жизнь Вѣчную, Божественную и Блаженную. И мы также будемъ вѣчно блаженны, если сохранимъ въ себѣ Вѣру Божію до конца. Бу́ди вѣ́ренъ до сме́рти, и дамъ ти Вѣне́цъ Живота́ (Апок. 2:10), говоритъ Хрiстосъ.
       Блаженный Діадо́хъ:Лю́бящій Бога и вѣруетъ и́скренно и дѣла вѣры совершаетъ преподобно. Вѣрующій же только, а не пребыва́ющій въ любви, и само́й той вѣры, которую кажется имѣющимъ, не имѣетъ. Онъ вѣруетъ съ нѣ́коею легкостью ума, не нося въ себѣ дѣ́йственнаго отвѣ́са (устанавливающаго его на еди́номъ) пресла́вной любви. То́лько вѣ́ра, любо́вію дѣ́йствующая (Гал. 5:6) есть Великая глави́зна добродѣтелей.
       – Изслѣдующій глубину́ вѣры обурева́ется во́лнами помышленій; а созерцающій ее въ простосерде́чномъ расположеніи наслаждается сла́достною внутреннею тишиною. Глубина́ вѣры, будучи водою забвенія, не терпитъ, чтобы въ нее смотрѣли или узрѣва́ли любопытными помышленіями.
       Преп. Максимъ Исповѣдникъ: – Безъ вѣры, надежды и любви, какъ изъ худого ничто въ конецъ не истребляется, такъ и изъ добраго ничто совершенно не устанавливается въ насъ. Вѣра убѣждаетъ бори́мый умъ прибѣга́ть къ Богу и возбуждаетъ его къ дерзновенію увѣре́ніемъ въ готовности для него всякихъ духовныхъ орудій; надежда бываетъ для него не обманчивою поручи́тельницею за Божественную помощь, обѣщая истребленіе противныхъ силъ, а любовь содѣ́лываетъ его неудобоотторжи́ма отъ родственнаго сочетанія съ Божественнымъ, даже и во время само́й брани, прилѣпля́я всю силу его расположенія къ вожделѣ́нію Божественнаго.
       Вѣра утѣшаетъ бори́мый умъ, воодушевляя его несомнѣ́нностью въ помощи; надежда, предъ очи представляя увѣрованную помощь, отражаетъ нападеніе сопротивобо́рцевъ; а любовь дѣлаетъ мертвымъ (или бездѣйственнымъ) для боголюбиваго ума прираже́ніе враговъ, совершенно обезсиливая его вожделѣ́ннымъ устремленіемъ къ Богу.
       Слѣпую имѣетъ вѣру тотъ, кто по вѣрѣ не исполняетъ Заповѣдей Божіихъ. Ибо, если Заповѣди Божіи есть свѣтъ, то явно, что безъ Божественнаго свѣта остается тотъ, кто не исполняетъ Божіихъ Заповѣдей, нося голословное, а не истинное Божественное званіе.
       Преп. Симео́нъ Новый Богословъ: – Вѣра есть – быть готову умереть Хрiста ради за Заповѣдь Его, въ убѣжденіи, что такая смерть приноситъ Жизнь; нищету вмѣня́етъ въ богатство; худость и ничтожество – въ истинную славу и знаменитость; и, въ то время; какъ ничего не имѣется, быть увѣрену, что всѣмъ обладаешь; особенно же она есть стяжаніе неизслѣди́маго богатства познанія Хрiста и взираніе на все видимое, какъ на прахъ или дымъ.
       – Вѣра во Хрiста есть не то только, чтобы небре́чь о прія́тностяхъ жизни, но и то, чтобы терпѣливо и благодушно переносить всякое находящее искушеніе, въ печаляхъ, скорбя́хъ, непріятныхъ случайностяхъ, пока возблаговоли́тъ Богъ призрѣ́ть на насъ, подражая Прор. Давиду, который говоритъ: Терпя́ потерпѣ́хъ Го́спода и вня́тъ ми (Пс. 39), т.-е. терпя скорби, я упова́лъ, (надѣялся), что Господь поможетъ мнѣ; по чему Господь, видя, что я, не колеблясь, ча́ю помощи отъ Него, призрѣ́лъ на меня и явилъ мнѣ милость Свою.
       – Вѣра во Хрiста, Истиннаго Бога, рождаетъ желаніе Вѣчныхъ благъ и страхъ мученій; желаніе же сихъ благъ и страхъ мукъ приводитъ къ строгому исполненію Заповѣдей; а строгое исполненіе Заповѣдей науча́етъ людей глубокому сознанію своей не́мощности; это сознаніе истинной не́мощности нашей рождаетъ память о смерти; кто же возъимѣ́лъ сію́ память сожительницею себѣ, тотъ приболѣ́зненно взы́щетъ узнать, каково́ будетъ ему по исходѣ и удаленіи изъ сей жизни.
       Калли́стъ и Игна́тій: – Поели́ку всѣхъ благъ, или нравственныхъ добро́тъ начало, средина и конецъ, если хочешь, – хороводи́тель и главарь есть Вѣра, Надежда и Любовь – сія́ треплете́нная и Боготка́нная вервь – па́че же всѣхъ – Любовь, потому что Богъ любы́ есть (Ін. 4:8), то неправедно не воспо́лнить ими, что еще не достаетъ въ настоящемъ сочиненіи; тѣмъ паче, что по Св. Исааку «завершеніе плодо́въ Св. Духа тогда бываетъ, когда кто сподобля́ется совершенной любви». Святы́й Іоаннъ Лѣ́ствичникъ пишетъ: «Нынѣ же пребываютъ три сія́, все тѣснѣ́йшимъ союзомъ связу́ющія и держа́щія въ немъ: вѣра, надежда и любы́, больше же всѣхъ любы́: и́бо е́ю именуется Богъ (1 Кор. 13; 1 Ін. 4). По моему разумѣнію, первая изъ нихъ есть лучъ, вторая – свѣтъ, а третья – кругъ; всѣ же онѣ одно суть сія́ніе и одинъ блескъ. Первая все можетъ увѣ́рить и устроить; вторую милость Божія окружаетъ и дѣлаетъ непостыдною; третья – никогда не падаетъ, не перестаетъ тещи́ и уя́звленного е́ю не даетъ почи́ть отъ блаженнаго упое́нія».

Страхъ Божій.
       С
в. Кли́ментъ Александрійскій:
«Страхъ начало любви и потомъ въ нее переходитъ. Страхъ Божій собственно не боязнь Бога, а боязнь отпасть отъ Бога и впасть въ грѣхи и страсти».
       Преп. Іоаннъ Лѣ́ствичникъ: «Лучъ солнечный, прони́кнувшій чрезъ скважину въ домъ, просвѣщаетъ въ немъ все, такъ что видна бываетъ и тончайшая пыль, носящаяся въ воздухѣ; подобно сему и когда страхъ Господень приходитъ въ сердце, то открываетъ ему всѣ грѣхи».
       Преп. Ефремъ Си́ринъ: «На челѣ́ твоемъ всегда да будетъ Крестъ, въ сердцѣ-же – страхъ Божій».
       Блаженный Діадо́хъ: «Никто не можетъ возлюбить Бога отъ всего сердца, не возгрѣ́въ прежде въ чувствѣ сердца страха Божія; и́бо душа въ дѣ́йственную любовь приходитъ послѣ того уже, какъ очистится и умягчится дѣйствіемъ страха Божія. Въ страхъ же Божій, со ска́заннымъ плодо́мъ отъ него, никто не можетъ притти́, если не станетъ внѣ всѣхъ житейскихъ попеченій; и́бо только тогда, когда умъ успокоится въ полномъ безмолвіи и безпопеченіи, начинается спасительное воздѣйствіе на него страха Божія, въ сильномъ чувствѣ очищая его отъ всякой земной дебе́лости, чтобы такимъ образомъ возвести его въ полную любовь ко Всеблагому Богу. Такъ что страхъ есть принадлежность праведныхъ, только еще очищаемыхъ, въ ко́ихъ ка́чествуетъ средняя мѣра любви, а совершенная любовь есть принадлежность уже очищенныхъ, въ ко́ихъ нѣтъ страха, такъ какъ совершенная любовь вонъ изгоня́етъ страхъ (1 Ін. 4:18)».
       Преп. Максимъ Исповѣдникъ: «Страхъ Божій двоя́къ: одинъ рождается отъ угрозъ наказаніемъ, отъ котораго порождаются въ насъ по порядку: воздержаніе, терпѣніе, упованіе на Бога и безстрастіе, изъ ко́его любовь. Другой – сопряже́нъ съ само́ю любовію, производя въ душѣ благоговѣ́ніе, чтобы она отъ дерзновенія любви не дошла до пренебреженія Бога. Страхъ двоя́къ: одинъ чистый, а другой – нечистый. Тотъ страхъ, который порождается по причинѣ прегрѣшеній, подъ дѣйствіемъ ожиданія мукъ – нечистъ; такъ какъ причиною имѣетъ сознава́емый за собою грѣхъ и не пребу́детъ на всегда, потому что вмѣстѣ съ отъя́тіемъ чрезъ покаяніе грѣха исчезаетъ. А тотъ, который и безъ этого боязливаго безпокойства изъ-за грѣховъ, всегда стои́тъ въ душѣ, этотъ страхъ чистъ и никогда не отойдетъ, потому что онъ нека́ко сопрису́щъ Богу, какъ дань отъ лица тварей, проявляя собою естественное всѣмъ благоговѣ́инство предъ Его Величіемъ, превы́сшимъ всякаго Царства и силы».
       Преп. Симеонъ, Новый Богословъ: «Кто проникнутъ страхомъ Божіимъ, тотъ не боится обращаться среди злыхъ людей. Имѣя внутрь себя страхъ Божій и нося непобѣдимое оружіе вѣры, онъ си́ленъ бываетъ на все и можетъ дѣлать даже то, что многимъ кажется труднымъ и невозможнымъ. Онъ ходитъ среди ихъ, какъ гигантъ среди обезьянокъ, или левъ среди псовъ и лисицъ, уповая на Господа, твердостію мудрова́нія своего изумляетъ ихъ, ужасаетъ смыслы ихъ, поражая ихъ словами премудрости, какъ же́зломъ желѣзнымъ».
       Старець Симео́нъ Благоговѣ́йный: «До́лжно всегда имѣть страхъ Божій и каждодневно обслѣдывать и обсуждать, чтó добраго и чтó худого сдѣлано тобою, и доброе предавать забвенію, чтобы не впасть въ страсть тщеславія, а о противномъ тому проливать слезы съ исповѣдью и напряженною молитвою».
       Преп. Никита Стиѳа́тъ: «Страхъ, напередъ сочетавшись съ душою, чрезъ покаяніе дѣлаетъ ее чрева́тою помышленіемъ о Судѣ. Тогда окружаютъ ее болѣзни адскихъ мученій (Пс. 114:3); воздыханія и скорбныя томленія съ сжатіемъ сердца терзаютъ ее, при помышленіи о будущемъ воздаяніи за дѣла злыя. Потомъ многими слезами и трудами во чревѣ помышленія зачатое намѣ́реніе содѣва́ть спасеніе, возрастивши, рождаетъ на землѣ се́рдца своего духъ спасенія, т.-е. рѣшимость, и освободившись отъ мученій при мысли объ адѣ и избавившись отъ стена́ній подъ дѣйствіемъ представленія Суда Божія воспринимаетъ въ себя вожделѣніе и радость будущихъ благъ и срѣта́ется други́нею-чистотою съ цѣломудріемъ, ко́и искреннею любовію сочетава́ютъ ее съ Богомъ. Съ Богомъ же сочетавшись, душа ощущаетъ неизреченную сладость, и отъ сего съ удовольствіемъ уже и наслажденіемъ проливаетъ слезы умиленія, чу́ждою дѣлается сочувствія всему, что въ мірѣ, и какъ бы въ изступленіи су́щи, течетъ вслѣдъ Жениха-Хрiста, тáкъ взывая къ Нему безгласнымъ гласомъ: вслѣ́дъ Тебѣ́ въ воню́ мν́ра Твоего возтеку́. Возвѣсти́ ми, Его же возлюби́ душа́ моя, гдѣ пасе́ши? Гдѣ почива́еши въ по́лдень чи́стаго созерца́нія (Пѣсн. 1:3-6), чтобы не быть мнѣ вы́нужденною блуждать по стада́мъ друго́въ – Твоихъ пра́ведниковъ, и́бо свѣтлосія́ніе всякихъ Та́инствъ у Тебя». Женихъ же, вве́дши душу въ сокровищехрани́тельницу сокровенныхъ Своихъ Таинъ, дѣлаетъ ее созерца́тельницею существъ твореній съ премудростію».
       Преп. Ефремъ Си́ринъ: «Если истинно возлюбилъ ты Господа и прилага́ешь стараніе улучи́ть будущее Царствіе и далъ обѣтъ трудиться по причинѣ своихъ грѣхопаденій, то помни Судъ и вѣчное мученіе, со страхомъ ожидая исшествія своего изъ сего міра».
       Источникъ: «Хрiстіанская жизнь по Добротолю́бію. Избранныя мѣста изъ твореній Святыхъ Отцовъ и Учителей Церкви». – Изданіе Казанско-Богородицкаго мужского Монастыря. – Харби́нъ: Собственная монастырская Тνпографія, 1930. – С. 11-17.

Comments Disabled:

Comments have been disabled for this post.

?

Log in